Фонд содействия защите здоровья
и социальной справедливости
имени Андрея Рылькова
English

Эпидемия ВИЧ в России как следствие государственной политической идеологии

Текст: Иван Варенцов

«Пациенты c ВИЧ жалуются на нехватку медикаментов»; «Архангельский СПИД-центр останется без собственного здания»; «В Москве за пять лет число ВИЧ-положительных мигрантов выросло в 15 раз»; «Чаще всего заключённые в РФ умирают от ВИЧ-инфекции»; «ВИЧ-диссиденты заманивают в свои сообщества сомневающихся». Это все заголовки новостных материалов в российской прессе по теме ВИЧ всего лишь за последнюю пару недель. Вроде бы совсем недавно государство на самом высоком уровне признало наличие проблемы с ситуацией по ВИЧ в стране, была наконец утверждена Государственная стратегия противодействия распространению ВИЧ-инфекции в России на период до 2020 года, вице-премьер Ольга Голодец даже заявляла, что тема ВИЧ-СПИД является для России одной из самых важных. Но есть ощущение, что все эти заявления и стратегии остаются пока только на словах, а ситуация с распространением эпидемии, а также доступом к профилактике и лечению ВИЧ в России, в особенности для представителей таких наиболее уявзимых к ВИЧ групп населения, как потребители инъекционных наркотиков, секс-работники, мужчины, практикующие секс с мужчинами, мигранты — становится все только хуже.

Немного статистики

Несколько недель тому назад Федеральный научно-методический центр по профилактике и борьбе со СПИДом опубликовал информацию о ситуации с ВИЧ-инфекцией в Российской Федерации по состоянию на 31 декабря 2016 года. Общее число зарегистрированных случаев ВИЧ-инфекции среди граждан Российской Федерации достигло 1 114 815 человек. Из них на конец года в стране проживали 870 952 ВИЧ-положительных россиян. При этом, в 2016 г. было зарегистрировано 103 438 новых случаев ВИЧ-инфекции среди граждан РФ (показатель заболеваемости 70,6 на 100 тыс. населения), что на 5,3% больше, чем в 2015 г.

Сто тысяч новых случаев за год! Для сравнения: в Украине за этот же год было зарегистрированно чуть более 17 000 случаев (показатель заболеваемости 40 на 100 тыс. населения), а за всю историю эпидемии, с 1987 года, там было зарегистрировано 300 тысяч случаев. А если взять, например, Черногорию, где так так любят отдыхать россияне, то там за все 30 лет было зарегистрированно менее 200 случаев. Сто тысяч – это население Тобольска или Ханты-Мансийска.

И такая ситуация в России наблюдается уже очень давно. Постоянный рост количества новых случаев в стране регистрируется с 1998 года, а в 2011-2016 годах ежегодный прирост составлял в среднем 10%. Согласно новому докладу UNAIDS в Российской Федерации с 2010 по 2016 годы количество новых зарегистрированных случаев ВИЧ-инфекции увеличились на 75%, и по сути наша страна является «движущей силой» эпидемии в регионе ВЕЦА – в 2016 на нее пришлось 81% новых случаев ВИЧ! Здесь также важно отметить, что охват лечением ВИЧ в стране составляет чуть более 30%. Это при том, что согласно принятой Всемирной организацией здравоохранения Глобальной стратегии сектора здравоохранения по ВИЧ на 2016–2021 годы для прекращения эпидемии ВИЧ-инфекции, необходимо выявлять не менее 90% от возможного числа всех ВИЧ-инфицированных и обеспечивать не менее 90% ВИЧ-инфицированных антиретровирусной терапией.

Профанация борьбы с ВИЧ

Так уж исторически (и эпидемиологически) сложилось, что основной затронутой эпидемией ВИЧ группой населения в РФ являются потребители инъекционных наркотиков (ПИН). По некоторым оценкам (УНП ООН, 2009) распространенность ВИЧ среди ПИН в РФ составляет более 37%. Это означает, что среди этой группы населения наблюдается концентрированная эпидемия. В период с 1987 по 2008 год около 79.78 % случаев заражения ВИЧ в РФ было связано с употреблением инъекционных наркотиков. Последние годы половой путь передачи ВИЧ стремительно растет. В 2016 году в 48,7% выявленных случаях фактором риска был гетеросексуальный путь передачи. Но инъекционный путь передачи ВИЧ все еще остается стабильно очень высоким — 48,8% в 2016 году.

Казалось бы, какой еще нужен сигнал для властей, чтобы предпринимать срочные меры по предупреждению распространения эпидемии среди этой уязвимой группы? Куда тянуть дальше? Но нет. Поддержка программ «снижения вреда» и заместительной терапии, которые давно зарекомендовали себя во всем мире, как эффективные и научно обоснованные подходы к профилактике ВИЧ среди потребителей инъекционных наркотиков (и которые, кстати сказать, способствовали снижению распространения ВИЧ среди ПИН в Украине – доказанный факт) не является частью государственной стратегии по противодействию ВИЧ в РФ. По-прежнему чиновники различных рангов, от «специалистов» до министров, заявляют на различных национальных и международных прощадках во всеуслышание о том, что у них нет доказательств эффективности этих программ, а метадоновая терапия – это вообще происки западных фармкомпаний. В какой-либо другой развитой стране после таких публичных заявлений уже давно бы встал бы вопрос о конпетентности таких специалистов и их профпригодности, но только не в России. А тем временем общественные организации, которые занимаются профилактикой ВИЧ среди этих и других уязвимых групп населения, заносят в список иностранных агентов – только в 2016 году Министерство юстиции РФ включило в соответствующий реестр семь таких организаций.

Идеология традиционного бездействия

С чем связано такое непроходимое многолетнее упорство российских чиновников в их нежелании предпринимать какие-либо адекватные и действенные меры по профилактике ВИЧ среди наиболее уязвимых и затронутых эпидемией ВИЧ групп населения в РФ – понять трудно. Но, скорее всего, причиной является российская консервативная политическая идеология, основанная на приверженности традиционным ценностям и порядкам и сохранении общественных ценностей, которая в принципе не подразумевает наличия в «традиционном обществе» таких социальных групп, как потребители наркотиков или ЛГБТ. В связи с чем любые меры, направленные на соблюдение прав представителей этих групп, включая права на здоровье, являются крайне непопулярными и заведомо обреченными на провал.

Проблема в том, что такой подход, помимо его порочности и антигуманности, заведомо опасен для социума в целом с точки зрения общественного здравоохранения, поскольку эпидемия ВИЧ в Российской Федерации – не внутри каких-либо уязвимых групп и не умирает вместе с ними, как, видимо, хотелось бы некоторым, но уже давно выходит за их пределы. Например, сексуальные партнеры потребителей наркотиков являются, с одной стороны, крайне уязвимой для ВИЧ группой, а с другой — связующим звеном между ПИН и населением в целом с эпидемиологической точки зрения. И доля ВИЧ-положительных женщин в РФ постоянно растет. Так что, видимо, пока у нас не изменится эта идеология – никаких изменений в ситуации с эпидемией ВИЧ ожидать тоже не приходится.




Category Categories: Иван Варенцов | Tag Tags: , , , | Comments


Пожертвовать на деятельность Фонда:

Сумма (руб.):
Ф.И.О.:
E-mail:
Тип платежа:
Назначение:


Профилактика ВИЧ в трущобах Пномпеня
Февраль 17th, 2014

"После 15 минут езды мы приехали в некий район города, расположенный на берегу реки Бассак. Это определенно был не туристический район, т.к. пока мы ехали, я не увидел ни одного европейца вокруг. Наш водитель свернул в какой-то момент в один из переулков, и через несколько минут мы оказались на очень бедной и грязной, но при этом густонаселенной улице".....читайте новую статью ФАР о том, как обстоят дела с профилактикой ВИЧ и работой программ снижения вреда в Камбодже!

Больница «В последний путь», или Защита права на здоровье в России
Июнь 20th, 2013

На примере ситуации, сложившейся в противотуберкулезном стационаре г. Екатеринбург, попробуем разобраться, что же может сделать отдельный гражданини РФ, для того, что бы повлиять на ситуацию с нарушением прав пациентов в отдельно взятом мед. учреждении....или не может.....

Россия начала финансировать программы снижения вреда?
Январь 23rd, 2014

В конце 2013 года Правительство РФ решило внести 60 миллионов долларов в 2014 - 2016 годах в Глобальный фонд по борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией







Материалы изданы и (или) распространены некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента.