Фонд содействия защите здоровья
и социальной справедливости
имени Андрея Рылькова
English

Профилактика ВИЧ в трущобах Пномпеня

Автор: Иван Варенцов

Так получилось, что в январе 2014 я оказался проездом в Пномпене, столице Камбоджи. Собираясь в поездку, я попросил коллег из партнерских организаций свести меня с какой-нибудь местной негосударственной организацией (НГО), которая реализует проекты снижения вреда (СВ) в Пномпене. Так я познакомился с ребятами из организации KHANA, которая занимается профилактикой ВИЧ-инфекции в Камбодже. После того, как я списался с ними, меня пригласили посетить социальный центр для людей, употребляющих наркотики, который является одним из проектов KHANA в Пномпене, а также сходить на аутрич (от английского outreach — работа «во вне», т.е. выход в сообщество). Хотя этот проект в данный момент ограничен в средствах, а организация в принципе не получает поддержки со стороны государства, ребята продолжают делать свою важную и нужную работу. Поэтому, а также потому, что, как мне кажется, о работе проектов снижения вреда в Камбодже мало что известно в нашем регионе, я решил задокументировать этот свой опыт в данной статье.

Общая информация

Начну с общей информации о ситуации с ВИЧ-инфекцией в стране, доступе к лечению и профилактике, включая программы СВ.

DSC01738

Пномпень. Монумент в честь освобождения Камбоджи от власти Франции

Население Камбоджи составляет примерно 15 миллионов человек. Оценочная распространенность ВИЧ среди взрослого населения — 0,7% (UNAIDS, 2012). Оценочное число людей, живущих с ВИЧ (ЛЖВ) в стране 76 000 (UNAIDS, 2012). 46 134 из них получают антиретровирусную терапию (АРВТ) (2013, NCHADS). АРВТ доступна бесплатно для всех нуждающихся по показаниям и даже предоставляется на базе некоторых НПО, у которых есть соответствующая лицензия. Группы, подверженные наибольшему риску в контексте ВИЧ – работники индустрии развлечений, потребители инъекционных наркотиков (ПИН) и мужчины, практикующие секс с мужчинами (МСМ).

Оценочное число потребителей наркотиков в Камбодже — от 13 000 до 28 000. 10% из них – инъекционные потребители. Почти все ПИН (1085) живут в Пномпене. Распространенность ВИЧ среди ПИН – 24,8% ([1]).

Наиболее популярный наркотик – метамфетамин. Героин в основном употребляют ПИН, проживающие в столице (он практически недоступен в провинции), и они также часто мешают его с валиумом.

Реализация проектов снижения вреда началась в Камбодже негосударственными организациями в 2004 году, при этом национальные руководства по профилактике ВИЧ среди потребителей наркотиков были выпущены местным Минздравом только в 2006.  На данный момент всего три НПО реализуют проекты СВ в Пномпене и лишь две имеют лицензию на реализацию программ обмена игл и шприцев – KHANA одна из них.

Первая и пока единственная метадоновая клиника в Камбодже была открыта в Пномпене в июле 2010 года. По состоянию на конец 2013 года на заместительной терапии находилось 136 человек (118 из них являлись клиентами KHANA, включая 22 женщин).

Согласно оценкам, 80% потребителей наркотиков болеют гепатитом С (распространенность среди клиентов заместительной терапии – 56%).

В стране не существуют сети снижения вреда, но есть сеть МСМ, сеть ЛЖВ (CPN+), сеть НПО, работающих в сфере профилактики ВИЧ, и ряд других сетевых организаций. Но, в Пномпене есть группа взаимопомощи ПИН и, возможно, когда группа станет сильнее, на ее базе может быть создана местная сеть снижения вреда.

KHANA

Организация, с которой меня связали – KHANA – является крупнейшей негосударственной организацией в Камбодже, работающей в сфере профилактики, ухода и поддержки в связи с ВИЧ. Изначально созданная в 1996 как проект Международного Альянса по ВИЧ\СПИД, уже в 1997 году KHANA стала самостоятельной организацией, а в 2000 официально оформила регистрацию. KHANA является одной из ведущих организаций, работающих в сфере профилактики ВИЧ в стране. Ее главный офис находится в Пномпене, и штат только этого офиса насчитывает почти 80 человек (включая волонтеров). При этом организация реализует проекты в 20 из 24 провинций страны. К сожалению, государство не предоставляет никакой финансовой поддержки НПО, работающим в сфере профилактики ВИЧ (как, впрочем, и в любой другой сфере). Правда это происходит не по политическим причинам, как в России, а по причине низкого экономического развития страны (ВВП Камбоджи на душу населения составляет 1 015 доллара США – для сравнения ВВП России составляет 14 973). Поэтому, как и все другие НПО в стране, KHANA полностью зависит от финансовой поддержки внешних доноров, таких как AusAID, USAID, Глобальный фонд и Всемирная продовольственная программа ООН.

Социальный центр MMC

Когда я прибыл в социальный центр, меня встретили Кимхай, менеджер центра, и Кири – менеджер аутрич работы. Это были как раз те люди, с которыми я переписывался по поводу моего визита. Сперва они показали мне центр, а затем мы пошли в офис поговорить об организации и ситуации в стране.

Социальный центр Mondul Meanchey (MMC) — один из проектов KHANA по профилактике ВИЧ среди ПИН в Пномпене. MMC был открыт в 2010 году, а по действующему адресу он работает с 2012 – ММС переехал на место другого центра, который был закрыт, для того, чтобы обеспечить непрерывность доступа людей к сервисам в этом районе. Работа центра в основном финансируется из средств AusAID, и его годовой операционный бюджет составляет 100 000 USD. К сожалению, в связи с рядом обстоятельств, на данный момент у центра есть гарантированное финансирование только до конца 2014 года, и его дальнейшее будущее под вопросом.

Вид на ММС с улицы

Вид на ММС с улицы

DSC01852

Кабинет врача

DSC01850

Клиенты отдыхают

DSC01862

Вход в ММС

в

в

в

в

в

в

в

в

в

в

в

в

а

Основной штат MMC состоит из четырех сотрудников: менеджер центра, менеджер аутрич, врач и медсестра. Менеджер аутрич руководит аутрич командой из 10 внештатных сотрудников – представителей сообщества.

Социальный центр размещается в частном двухэтажном здании, расположенном на огороженной территории. График работы центра — 5 дней в неделю с 7.30 утра до 5 вечера. Каждый день ММС посещают в среднем 30 человек. На первом этаже расположен большой зал, где проводят время клиенты. Здесь они могут получить еду, отдохнуть, посмотреть телевизор и даже принять душ. На этом же этаже находится офис сотрудников центра, кабинет врача и процедурная, где постоянно дежурят доктор и медсестра, к которым посетители могут обратиться при необходимости. Врач может проконсультировать, оказать первую медицинскую помощь, проделать простые хирургические процедуры, но, т.к. у ММС нет лицензии на деятельность в качестве медицинской клиники, то пациентов с более серьезными проблемами направляют в дружественные государственные медицинские учреждения.

Иногда организация вынуждена платить клиникам за оказание медицинской помощи своим клиентам. Но в Камбодже существует такая вещь, как ID Poor – специальный документ, который выдается людям с очень низким уровнем дохода в рамках национальной Программы идентификации бедных семейств. В рамках данной программы определяется, какие семьи, в том числе в сельской местности, являются бедными, а также их уровень бедности. Цель программы – обеспечить этим семьям прямой и бесплатный доступ к необходимым социальным и медицинским сервисам, а также помочь подняться выше черты бедности. И вот в рамках данной программы ВИЧ — положительные потребители наркотиков после постановки на учет автоматически получают соответствующий документ, который обеспечивает им бесплатный доступ почти ко всем необходимым медицинским сервисам. Единственным (и, к сожалению, для многих актуальным) препятствием является бездомность, т.к. для того, что бы стать участником программы и получить ID Poor, необходимо иметь постоянную регистрацию.

Т.к. KHANA имеет соответствующее разрешение от Минздрава на проведение экспресс-тестов на ВИЧ и сифилис, то этот сервис  доступен для клиентов ММС, а также тестирование проводится во время аутрич выходов.

На втором этаже центра находятся комната для консультирования и комната для проведения встреч и семинаров. ММС проводит различные семинары для своих клиентов, в том числе по передозировкам, по профилактике ВИЧ, снижению вреда при употреблении наркотиков, о том, как получить ID Poor и как им пользоваться и т.д. Есть даже компьютерные курсы.

DSC01861

Ящик для сбора использованных шприцев

Во дворе центра сбоку от здания установлен специальный металлический ящик, в который аутрич работники складывают использованные шприцы, собранные во время аутрич выходов, или принесенные клиентами центра. Как мне объяснил Кири, ММС имеет договоренность с одним государственным медицинским учреждением на утилизацию шприцев. Поэтому раз в  неделю из этого учреждения приезжает сотрудник и забирает содержимое ящика на утилизацию. Отсутствие такого партнерского учреждения, которое могло бы помочь ФАР с утилизацией использованного инъекционного инструментария – основная причина, по которой ФАР не собирает использованные шприцы на улицах города в рамках своего проекта  «Снижение вреда  — Москва».

Аутрич на улицах Пномпеня

После того, как я почти час мучал Кимхая и Кири своими вопросами об истории и работе организации, а также о ситуации с ВИЧ в стране, они предложили мне присоединиться к аутрич команде, которая как раз собиралась на очередной выход, а потом, по возвращении, продолжить разговор, если у меня останутся еще какие-либо вопросы.

Аутрич команда, к которой я присоединился, состояла из самого Кири, двух аутрич работников и водителя тук-тука, на котором мы ехали. Тук-тук, кстати, является собственностью организации, что очень удобно. Пока мы ехали, Кири представил мне своих коллег – мистера Х и мистера У. Они оба бывшие потребители наркотиков и клиенты ММС. М-р У в данный момент является клиентом программы ЗТ, а м-р Х, как сказал Кири, очень важный человек в сообществе потребителей, т.к. он возглавляет группу взаимопомощи в Пномпене.

DSC01864

Тук-тук готов к выезду на аутрич

DSC01846

Профилактические наборы

DSC01869

Та самая хижина. Кири общается с обитателями

DSC01877

Мы приехали на район

а

а

а

а

а

а

а

а

а

а

а

а

в

в

После 15 минут езды мы приехали в некий район города, расположенный на берегу реки Бассак. Это определенно был не туристический район, т.к. пока мы ехали, я не увидел ни одного европейца вокруг. Наш водитель свернул в какой-то момент в один из переулков, и через несколько минут мы оказались на очень бедной и грязной, но при этом густонаселенной улице. Вместо домов вокруг были в основном бараки, а улица была завалена мусором, среди которого играли дети. Пока мы ехали, люди вокруг с интересом смотрели на меня, т.к., видимо, к ним не часто забредают иностранцы. Минут через 5 мы остановились посредине улицы, выгрузили все оборудование и пошли в какую-то подворотню, ведущую к самому берегу реки. В подворотне обнаружилась небольшая хибара, в которой сидели какие-то люди – это и была цель нашего визита. Это было место, где люди употребляли наркотики, а также торговали ими. Между моими коллегами и людьми в хижине произошел разговор, в ходе которого, как я понял, народ выяснял, кто я такой и зачем я сюда пришел. По итогам разговора мне разрешили фотографировать работу аутрич и все, что происходит снаружи, но попросили не снимать хибару изнутри, а также людей в процессе употребления. После этого аутрич работники начали свою работу – стали собирать использованные шприцы, которые валялись вокруг, а также забрали банку с использованными шприцами у обитателей хижины, которую те заранее подготовили. Взамен они раздали всем желающим в неограниченном количестве специальные наборы, которые содержат как чистые шприцы, так и другие необходимые материалы: жгуты, фильтры, баночки для приготовления раствора, презервативы и информационные брошюры по профилактике ВИЧ и инъекционной безопасности. Кири сказал, что многие из людей в хижине – клиенты программы заместительной терапии, но при этом некоторые из них также употребляют героин. По его мнению, это может быть связано или с неправильно подобранной дозировкой препарата, или же с желанием словить кайф, т.к. его невозможно получить от метадона, который дают в рамках программы.

Тут важно сказать, что налоксон в Камбодже недоступен – его не используют бригады скорой помощи во время вызовов, нельзя его купить без рецепта и в аптеках. НГО, которые занимаются аутрич работой, также не раздают налоксон, и его нет даже в метадоновой клинике. Поэтому проблема передозировок опиатами очень актуальна в Пномпене.

DSC01872DSC01873DSC01874

DSC01879

в

в

а

а

а

а

а

а

а

а


в

в

Пока мы стояли около хижины, к нам подошло еще несколько человек, чтобы получить чистые шприцы и другую раздатку. Кири сказал, что обычно они приезжают и стоят на одном месте часа два. За это время по району распространяется информация по сарафанному радио об их приезде и все, кому нужны их услуги, приходят к ним.

Средняя цена за дозу героина в Пномпене (к сожалению, я так и не смог понять, сколько это в граммах) – 5 долларов США. Средний месячный доход жителя Пномпеня примерно 70 долларов. Но иногда потребителям приходится доставать и тратить по несколько сотен долларов в месяц, чтобы приобрести необходимое количество наркотика для личного потребления.

После того как мы закончили все дела в этом месте, мы поехали в наркосквот, который находился в заброшенном доме в соседнем районе. Этот сквот, в отличие от предыдущего, был расположен на обычной улице, в окружении довольно богатых домов. Когда мы вошли внутрь, там было всего несколько человек, включая женщину с ребенком. Кири пояснил, что сейчас день и все обитатели сквота в городе, пытаются заработать на жизнь. А так по вечерам тут можно встретить до 30 человек. Ребята начали делать свою работу — собирать шприцы, общаться с людьми, которые были в сквоте, давать консультации и также оставили несколько профилактических наборов для тех, кто придет позже.

DSC01892

Наркосквот. Вид со двора

DSC01883

Мистер У на входе в наркосквот

в

в

в

в

в

в

в

Кстати, мне объяснили, что полиция прекрасно осведомлена обо всех этих местах и процессах, которые там происходят. Но приходят они туда довольно редко, в основном, когда им нужен какой-то конкретный человек, который что-то украл или совершил какое-то другое преступление. Как я понял, полиции не выгодно закрывать эти места, т.к. у них есть некая своя выгода во всех этих процессах.  Но, что важно –  полиция не трогает аутрич работников, т.к., как я уже упоминал в начале, у организации есть разрешение Минздрава на проведение такой работы и обмен шприцев. Их работа легальна и у них есть с собой все необходимые документы на случай возникновения вопросов со стороны полиции по поводу их деятельности.

На этом наш аутрич выезд закончился. Мы вернулись в офис, где я сделал еще несколько фотографий центра и сотрудников. По дороге в отель, куда Кири предложил меня подвезти, он показал мне еще пару сквотов, которые находились в центре города, в паре кварталов от моей гостиницы. Но мы не заходили в них, т.к. Кири сказал, что даже его с его аутрич командой туда не пускают, и поэтому они обычно стоят на соседней улице, а люди сами к ним приходят менять шприцы или за консультацией.

DSC01886

Аутрич внутри сквота

DSC01895

Готовы ехать дальше

DSC01890

Вход в наркосквот

DSC01897

Сотрудники ММС. Справа Кимхай и Кири

в

в

в

в

в

в

в

в

в

в

в

в

в

Эпилог

Слушая Кимхая и Кири, когда они рассказывали о трудностях, с которыми сталкивается их организация в своей работе, я невольно сравнивал их ситуацию с ситуацией в России – та же репрессивная наркополитика, отсутствие финансовой поддержки со стороны государства для НПО, эпидемия ВИЧ среди ПИН и всего несколько проектов снижения вреда на всю страну. Но есть одно важное отличие – хотя государство в Камбодже и не финансирует деятельность НПО, занимающихся профилактикой ВИЧ, в том числе среди потребителей наркотиков, но при этом оно и не препятствует их деятельности на законодательном уровне, а также не мешает использовать средства внешних доноров, раз само не дает ни копейки. Поэтому у них есть доступ к заместительной терапии, программам игл и шприцев, работает программа ID Poor, а также существуют социальные центры для потребителей наркотиков. И это дает надежду, что когда экономическое положение страны улучшится, государство начнет поддерживать всю это деятельность из бюджетных средств. В России в данный момент такой надежды, к сожалению, нет.


[1] Исследование по оценке численности потребителей наркотиков 2012, NCHADS, NACD, KHANA




Category Categories: Иван Варенцов, Снижение вреда | Tag Tags: , , , , , | Comments

Правила общения на сайте


Пожертвовать на деятельность Фонда:

офертой
Сумма (руб.):
Ф.И.О.:
E-mail:
Тип платежа:
Назначение:
Правила, которыми руководствуется ФАР при обработке персональных данных («Политика конфиденциальности»).



Сборник материалов в поддержку снижения вреда
Август 19th, 2010

advopapkaИнформационная папка по адвокации снижения вреда представляет собой сборник международных и российских материалов по адвокации снижения вреда и в области ВИЧ/СПИДа. В данной информационной папке представлены документы, разработанные международным обществом (декларации, соглашения, позиционные документы и т.д.) и документы, разработанные в России (правительственные указы, законы, постановления, декларации и т.д.). Также подобраны документы, раскрывающие суть программ снижения вреда и механизмы адвокационной деятельности снижения вреда.

Распространенность постинъекционных осложнений у потребителей инъекционных наркотиков: результаты аутрич-работы
Май 5th, 2015

Статья нашего социального работника и медицинского консультанта Софьи Фёдоровой, подготовленная на базе работы в Фонде, и опубликованная в Неврологическом вестнике.

Белый дом переходит к финансированию обмена шприцев в качестве лечения наркозависимости
Февраль 24th, 2011

Администрация Обамы обозначила обмен шприцев для инъекционного употребления в качестве программы лечения наркозависимости, что позволяет использовать средства из федерального бюджета, предназначенные для лечения зависимостей, для распространения шприцев среди потребителей наркотиков. Это изменение отражает существенный сдвиг позиции по программам обмена шприцев. Два года назад президент Обама отменил 21-годовой запрет на федеральное финансирование программ обмена шприцев, которые считаются «необходимым злом» для уменьшения распространения ВИЧ среди потребителей запрещенных наркотиков.







Материалы изданы и (или) распространены некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента.