Фонд содействия защите здоровья
и социальной справедливости
имени Андрея Рылькова
English

Екатеринбург, Камская, 37 – адрес СССР, или Стигма Сильнее Свободы и Разума.

Камская, 37 – это, возможно, наиболее гиблое из самых безнадежных и какое-то особенно тягостно-дремучее дело, которым Фонд им. Андрея Рылькова занимается уже более 5 лет. Место, где после пяти лет жалоб, пресс-конференций, круглых столов, обсуждений, конференций, обращений в различные национальные и международные инстанции все стало только хуже. Настолько хуже, что выделение комнаты для хранения трупов и демонстрация договора с похоронной фирмой, уже выглядит хорошей новостью. Это место, где стигма оживает каким-то особым образом, в каждом робком шорохе больных, тухловатом запахе полевого госпиталя в коридорах и четком ощущении витающей в воздухе смерти. А еще Камская, 37 – это конкретный пример того, что такое failed state, наряду с Южным Суданом, Сомали и подобными гиблыми местами, где ни один из государственных институтов не выполняет свою функцию, и что бы люди не делали, государство всегда сделает так, что становится только хуже, хуже, хуже и хуже.

Ситуация в клинике хорошо описана в двух публикациях, названия которых говорят сами за себя. В ноябре 2010 года в МК была опубликована статья «Клиника в последний путь»;  в июне 2013 года – статья «Аусвайс на небо». Эти материалы стоит прочитать, написаны они без прикрас, каждое слово — правда.

а

Первые шаги и надежды

Тревогу по поводу противотуберкулезного диспансера на улице Камская, дом 37 в Екатеринбурге правозащитники начали бить еще в 2009 году. Этому предшествовало поступление ряда жалоб от пациентов Камской. Прошли первые встречи с врачами-фтизитрами  и с главным врачом Свердловского областного центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями для уточнения «медицинской» составляющей проблемы. Были предприняты попытки встречи с уполномоченным по правам человека области и местными чиновниками. Сотрудники ФАР и местных организаций были настроены на быстрое изменение ситуации. В конце концов, речь шла ни много ни мало о вопросе национальной безопасности – о том, как в конкретном городе, в конкретном медицинском учреждении создаются условия для распространения в общество мультирезистентной формы туберкулеза, а также для массовой смертности пациентов, полностью предотвратимой в других условиях. Однако все оказалось тщетно. На Камской, 37 не произошло никаких изменений.

Тогда от имени Фонда им. Андрея Рылькова (ФАР) были направлены первые открытые письма министру здравоохранения Свердловской области и министру здравоохранения РФ, в которых описывалось ужасное состояние больницы и качества лечения.

После подачи жалоб в Министерство, НКО организовали пресс-конференцию, на которой присутствовали руководитель туберкулезной службы и руководитель СПИД-центра. По итогам вышло несколько материалов, в том числе в печатных СМИ и на телевидении. В результате в диспансере появилась вода, пациентам пообещали, что тестирование на иммунный статус и вирусную нагрузку будет осуществляться на территории диспансера и что антиретровирусные препараты будут предоставлены пациентам, чтобы им не приходилось для этого посещать Центр СПИД.

Однако не был решен главный вопрос – доступ больных наркоманией к эффективной наркологической помощи. В то же самое время, 16 апреля 2010 года, администрация диспансера приняла решение сделать диспансер «закрытым» учреждением, то есть пациентам не разрешалось покидать здание диспансера в течение всего курса лечения (в среднем 90 дней).  С тех пор и до настоящего времени пациенты находятся в условиях, близких к тюремным.

Пациентам не позволялись ежедневные прогулки, которые важны для улучшения состояния здоровья людей с туберкулезом. Администрация диспансера оказывала давление на пациентов, «убеждая» их писать письма в областное Министерство здравоохранения и отзывать предыдущие жалобы. Люди, испытывающие синдром отмены, уязвимы и легко поддаются манипуляции.

а

Обращения в ООН

В связи с отсутствием результатов диалога с местной властью и полным отсутствием какой-либо реакции со стороны федеральных органов власти в апреле 2010 года ФАР и ряд местных общественных организаций, таких как НГО «Шанс+» и «Урал-позитив» обратились с жалобой к Специальному Докладчику ООН по праву на здоровье от имени нескольких пациентов, проходивших лечение в указанном диспансере. В жалобе подробно описывалась ситуация в диспансере, а также отмечалось, что проблемы, зафиксированные в Екатеринбурге, типичны для России в целом. Многие пациенты содержатся в аналогичных условиях; единственная разница заключается в том, что они не осмеливаются подавать официальные жалобы на свое содержание. Дополнения к жалобе посылались Специальному Докладчику в 2013 и 2014 году. В них ФАР сообщал, что несмотря на все действия общественников, никаких изменений в сложившейся ситуации не происходит.

Необходимо отметить, что Специальный Докладчик ООН добросовестно выполнял свои обязанности. После каждой жалобы ФАР он пытался вступить в диалог с Правительством Российской Федерации и, в частности, выражал свою обеспокоенность по поводу складывающейся на Камской, 37 ситуацией. Здесь, к примеру, можно найти его коммуникацию с правительством РФ. С учетом того, что каждую подобную коммуникацию МИД РФ всегда перенаправляет в профильное министерство, в Минздраве о Камской, 37 знают, однако это ни на что не влияет.

а

Проверка на месте.

Летом 2012 года в Екатеринбург выезжал журналист Александр Дельфинов. За неделю пребывания в Екатеринбурге он пообщался с пациентами Камской. Вот один отрывок из его дневника.

С 2010 года по 2012 мало что изменилось в диспансере на Камской: как и раньше, наркозависимым пациентам не предоставляется заместительная терапия и вообще какая-либо наркологическая помощь. Более того, наркозависимые пациенты подвергаются дискриминации и унижениям, в качестве штрафной санкции их могут выписать из больницы, не завершив лечение туберкулеза. По-прежнему отсутствует паллиативная помощь, а смертность в больнице высокая. По-прежнему лечению ВИЧ в стационаре не уделяется должного внимания. Пациенты не получают информацию о своем состоянии и ходе лечения. ВИЧ-терапию стало получить легче, но некоторым пациентам её предлагают не пить. Некоторым больным предлагается покинуть медучреждение под предлогом посещения врачей в других медучреждениях. Социальных работников, как и раньше, в больнице нет. При этом пациенты и их родственники боятся писать новые жалобы, так как те, кто подписались под коллективной жалобой в Минздрав Свердловской области в прошлый раз, подверглись санкциям со стороны администрации больницы.

а

Обращение в прокуратуру.

В декабре 2012 года в прокуратуру Железнодорожного района г. Екатеринбурга от СОБОО «Шанс плюс» была подана жалоба о нарушении прав наркозависимых в противотуберкулёзном диспансере на Камской, уже известном в народе как клиника «В последний путь».

Из жалобы: «По данным Свердловского областного центра СПИД за последний год умерло 729 человек с тройственной патологией ВИЧ-инфекция, туберкулёз и наркозависимость. Это всё происходит потому, что наркозависимым людям не оказывают  наркологической помощи, а самостоятельно бросить употреблять здесь и сейчас они не могут. Из-за отсутствия наркологического лечения большинство пациентов попадают в данную клинику по нескольку раз, последний зачастую с мультирезистентным туберкулезом, который не поддаётся лечению, а следовательно – чтобы умереть».

Прокуратура «спустила» жалобу в органы здравоохранения, которые провели проверку работы диспансера и соообщили: «Нарушений в работе диспансера не выявлено». В глазах работников здравоохранения смертность, трупы, вынужденные побеги больных с открытой формой туберкулеза в город для приобретения наркотиков, многочисленные жалобы с ужасающими подробностями отношения врачей к пациентам — все это «норма» в работе медицинского учреждения в стране — участнице большой восьмерки.

 

Круглый стол, квадратный стул.

2 апреля 2013 года в Екатеринбурге на площадке сетевого ресурсного центра «Дорогами добра» прошла совместная пресс-конференция Фонда им. Андрея Рылькова и Свердловской областной общественной благотворительной организации «Шанс плюс». В очередной раз темой для обсуждения стала недоступность комплексного лечения туберкулеза, ВИЧ и наркозависимости, что ведет к тому, что пациенты с таким комплексом заболеваний выписываются из больницы в связи с дисциплинарными нарушениями, не получают лечения туберкулеза и умирают. Специалиста-нарколога в диспансере так и не появилось.

05.04.2013 в Екатеринбурге прошёл круглый стол, организованный по инициативе трёх общественных организаций: СОБОО «Шанс плюс», РОФ «Новая жизнь» и СООО «Активное участие». Круглый стол был посвящен вопросам обеспечения качественного лечения ко-инфекции туберкулеза и ВИЧ у наркозависимых людей в Екатеринбурге и в частности – ситуации, сложившейся в городском противотуберкулезном диспансере по адресу ул. Камская, 37. В круглом столе  приняли участие не только правозащитники, но и официальные лица: Заместитель министра здравоохранения Д.Р. Медведская, уполномоченный по правам человека в Свердловской области Т.Г. Мерзлякова, Главный врач ГУЗ Областной Центр борьбы со СПИДом А.В. Подымова, руководители государственных учреждений здравоохранения противотуберкулезной службы, начальник отдела первичной и скорой медицинской помощи А.Н. Попов, Главный внештатный нарколог области Забродин О.В.

Представители общественных организаций поставили перед чиновниками ряд вопросов, в том числе об отсутствии свободных мест в противотуберкулезных стационарах, в которых очень нуждаются люди, живущие с ВИЧ и тяжело больные туберкулёзом. Заместитель министра здравоохранения Свердловской области Медведская предложила в кратчайшие сроки увеличить количество мест для сочетанной патологии ВИЧ + туберкулез. Крайним сроком для исполнения данных обязательств было назначено 15 мая 2013 года.

Но несмотря на все эти торжественные обещания, по состоянию на лето 2013 мало что изменилось:

— Уполномоченный по правам человека Т.Г. Мерзлякова до Камской так и не доехала. Т.е. по сути, все ее усилия по защите прав пациентов ПТД «в последний путь» ограничилось участием в  совещании Роспотребнадзора.

— количество мест для пациентов с сочетанной патологией ВИЧ + туберкулез так и не было увеличено, ни к 15.05, ни после, несмотря на обещания зам. министра здравоохранения

— нарколог так и не приступил к работе в ПТД

— сотрудника «Шанс плюс» не пускают консультировать пациентов по вопросам наркозависимости, несмотря на вроде бы достигнутую договоренность

—  представителям «Шанс плюс» даже не был предоставлен протокол рабочего совещания, на котором были даны все эти обещания.

Кроме того — опять начали поступать жалобы от пациентов с Камской о незаконных выписках, о нарушениях прав, о некорректном лечении. А их родные так запуганы всей этой ситуацией, что стараются помалкивать и не устраивать очередных разборок из-за страха, что их близкие будут вдруг выписаны за нарушение режима.

а

Ответ властей и мед. работников – травля пациентов и общественников.

По заявлению коллектива Камской, 37 Следственным Комитетом РФ в отношении Шанса+ проводилась проверка. В заявлении сообщалось, что Шанс+ оказывают «покровительство наркоторговцам», «пропагандируют и навязчиво принуждают врачей назанчать и применять наркотические вещества, такие как метадон», «клевещут».

После того как в июле 2013 года вышла очередная публикация МК «Аусвайс на небо» врачи с Камской обратились в суд с иском о защите чести и достоинства. Врач ПТД госпожа Фоминых оспаривала слова одного из пациентов, давших интервью МК, по 6 пунктам. По каждому из пунктов со стороны ответчика были представлены медицинские документы, справки из службы скорой помощи, выписки из медицинских карт, журналов регистрации, а также копии поступивших в органы здравоохранения жалоб других пациентов, которые полностью подтверждали слова интервью.

Перед судьей встал сложный выбор: по закону, в рамках дел о защите чести и достоинства, различают утверждения о фактах и суждения оценочного харатера; если ответчик доказывает соответствие действительности утверждений о фактах, в удовлетворении иска нужно отказать; суждения оценочного характера нельзя проверить на соответствие действительности, они укладываются в рамки свободы выражения. Ответчик все факты подтвердил медицинскими документами. Более того, ответчик подтвердил, что и его оценочные суждения не возникли на пустом месте, а были следствием неисполнения врачами ПТД своей обязанности информировать пациентов о проводимом лечении. По закону в удовлетворении иска нужно было отказывать.

Тогда судьей был выбран интересный маневр. С одной стороны судья признал допустимыми такие доказателства как многочисленные дипломы, грамоты и прочие документы о квалификации госпожи Фоминых. К делу эти документы отношения никакого не имели, однако создавали почву для пристрастного рассмотрения спора: мол, вот на стороне истца – врач высшей категории, с дипломами и грамотами, а на стороне ответчика кто? – наркоман, который сам во всем виноват, в первую очередь виноват в нарушении режима. А то, что ему не давали жаропонижающих, несмотря на температуру, так это врачу видней, сказали терпеть — терпи. И уж тем более сам виноват, что режим нарушал; сказано ведь в режиме – нельзя нарокотики, значит нельзя; а про наркозависимость в режиме ничего нет, значит и наркозависимости нет.

С другой стороны судья назначил лингвистическое исследование всей статьи «Аусвайс на небо». Лингвист Плотникова сделала вывод, что в статье представлена негативная информация о госпоже Фоминых в форме «утверждения, которые могут быть проверены на соответствие действительности». Несмотря на то, что законы РФ, Верховный Суд РФ, Европейский Суд указывают на необходимость различать утверждения фактического характера от оценочных суждений, специалист Плотникова (которая законы знать не обязана) слепила все в одно. А судья (который законы знать обязан) заключение Плотниковой признал допустимым доказателством и на этом заключении основал свое решение.

То есть произошло пристрастное рассмотрение дела в условиях, когда судья отдал свою основную функцию по оценке доказательств специалисту Плотниковой. Вот такое вот кривосудие.

Работа ФАР и партнеров на этом не завершилась. В настоящее время дело по иску Фоминых находится на пути в Президиум Свердловского областного суда. По этому делу будет подана жалоба в ЕСПЧ, нарушение свободы слова в данном случае очевидно.

Вместе с тем, материалы дела позволяют проследить, как глубокая стигма пронизывала каждый шаг органов власти, включая решение суда.

р

Закулиса врачо-бюрократии, или Ударим тревожной кнопкой по наркомании.

Материалы дела по иску Фоминых позволили заглянуть вглубь бюрократических процессов, которые проходили с 2009 года в связи с обращениями ФАР и партнеров в министерства и ведомства.

Оказывается, проверки по Камской, 37 проводились. Была Комиссия чиновников от здравоохранения, которая проверяла факты из статьи МК. Судя по протоколу заседания комиссии, и температуру в 37.8, и выписки «за нарушение режима» Комиссия увидела, однако при этом нарушений, по мнению Комиссии, найдено не было, потому что лечение «осуществляется в соответствии с Приказом…», «квалифицированными специалистами», и «по правилам внутреннего распорядка». Комиссия не могла не увидеть, что «нарушители» режима – лица, страдающие зависимостью, которые и «нарушают» режим, потому что такое средство лечения как «режим» или «приказ» среди эффективных средств лечения наркомании нигде в мире не значится.

Протокол Комиссии – продукт жизнедеятельности бюрократа, когда результат работы учреждения, в виде чрезвычайно высокой и совершенно предотвратимой смертности, считается нормой, потому что все это «осуществляется в соответствии с Приказом», квалифицированными сотрудниками и по правилам внутреннего распорядка.

Комиссия сдела вывод, что «информация в статье «Аусвайс на небо» … является отражением мнения отдельных граждан, которые систематически нарушали режим отделения». По результатам проверки были приняты решения в адрес обеих сторон конфликта – врачей и пациентов. В протоколе указано, что «для медицинского персонала нужно провести конференцию на тему «Этика и деонтология в медицине». Для пациентов «в отделении необходимо восстановить «тревожную кнопку» и пропускной режим». Стигма кристаллами проступила в протоколе – «нарушители» режима заслуживают не доступа к эффективной медицинской помощи, отстутствие которой и вынуждает их нарушать режим (употреблять наркотики), а тревожной кнопки и пропускного режима.

Не бездействовала и Фоминых. Нет, она не пыталась бороться за доступ пациентов к наркологической помощи. Она обращалась к депутатам Областной и Городской думы, в Общественную приемную КПРФ, а также к Уполномоченному по правам человека в Свердловской области. Все обращения одинаковы по содержанию и требованиям – установить пропускной режим, усилить охрану безопасности, «подключить» правоохранительные органы. Во всех обращениях госпожа Фоминых отзывается о своих пациентах следующим образом: «Больные туберкулезом … гуляют по городу, катаются в общественном транспорте, причищаются в церкви одной ложкой со здоровыми прихожанами, целуют кресты и иконы. Наши больные обожают посещать церкви… Больные туберкулезом, как правило, люди безответственные и злонамеренные. Туберкулезный токсин, воздействуя на нервную систему человека, искажает его мышление. Такие больные рассуждают и говорят примерно так: «Не мне одному досталось. Пусть и другие болеют тоже».

Эти письма пронизаны глубочайшей стигмой по отношению к больным. Врач ненавидит своих пациентов и вместо того, чтобы пытаться улучшить лечение и добиться доступа к эффективной наркологической помощи, пытается превратить лечебное учреждение в тюрьму.

Из материалов дела видно, что ни одна из бюрократических структур даже не пыталась решить проблемы Камской, 37 медицинскими способами. Даже Уполномоченный по правам человека в своей переписке с главным врачом Камской, 37 сообщает о том, как она «предлагала рассмотреть возможность регламентации порядка досмотра вещей пациентов», а также о том, что Уполномоченный по правам человека «готова подключиться к диалогу с правоохранительными органами…».

Иными словами, стигма по отношению к больным наркоманией, ВИЧ-инфекцией и туберкулезом такова, что все бюрократические структуры готовы усилить пропускной режим, подключить правоохранительные органы, ограничить в чем-то пациентов или принудить их к чему-то силой, но совершенно не готовы даже начать рассмотрение вопроса о каких-то более эффективных, применяемых во всем мире способах работы с больными сочетанными заболеваниями наркомания, туберкез, ВИЧ-инфекция. А ведь во всех цивилизованных странах уже давно отказались от туберкулезных стационаров и давно практикуют лечение по системе DOTS. Но не у нас — так, в качестве обоснования выбранных методов лечения врач Фоминых ссылалась на справочное пособие 1985 года издания. Причем к моменту издания пособия 2 автора уже умерли, что говорит о том, что книга писалась гораздо раньше.

р

Внимание вопрос.

Зачем все эти бюрократы, структуры, врачи, которые ненавидят своих пациентов? Зачем они вообще существуют, если не могут адекватно отреагировать на непрерывно поступающие сигналы об очевидном бедствии в отдельно взятом учреждении? Как стало возможным, что они сделали цену человеческой жизни ниже непонятно кем выдуманных правил внутреннего распорядка отдельно взятого лечебного учреждения? Как вообще сформировалась система управления здравоохранением, где стигма по отношению к больным является основой принятия решений?

р

Эпилог

За окном уже более 14 лет – 21 век. Где-то на планете Земля ученые испытывают новейшие протезы – искусственные руки, ноги, глаза, повышают продолжительность жизни, врачи судятся за права своих пациентов, президенты стран рискуют своей карьерой ради законов о повышении доступности медицинской помощи или законов, которые изменят провальные режими контроля над наркотиками, бизнесмены отдают в дар правительствам миллиардные бизнес проекты только для того, чтобы началось массовое производство экологически чистых средств транспорта. Движение за права, искоренение стигмы и дискриминации идет в ногу со временем. Где оно, там и прогресс.

Там, где жизнью правит стигма — всегда будут failed state, где врачи ненавидят своих пациентов, чиновники ставят жалкий приказ выше жизни человека, а пациенты … «обожают посещать церкви», целуют кресты и иконы…

P.S. Мы не стали вывешивать здесь материалы и документы, относящиеся к разным этапам дела, т.к. они содержат персональные данные, а замазывать их очень долго. Но если у кого-то возникнет обоснованная потребность в ознакомлении с ними — вы можете написать на rylkov.foundation@gmail.com




Category Categories: Больница «в последний путь»., Туберкулез | Tag Tags: , , , , | Comments Нет комментариев »

Оставьте комментарий:

Правила общения на сайте


Пожертвовать на деятельность Фонда:

Сумма (руб.):
Ф.И.О.:
E-mail:
Тип платежа:
Назначение:


Вебинар «ВИЧ и Туберкулез» 6 апреля 2012 в 18.00
Март 26th, 2012

Команда ITPCru начинает проект дистанционного обучения. Планируется распространять видео лекции, записи интервью с значимых мероприятий, а также проводить вебинары. Цель проекта – повышение уровня знаний гражданского общества в области инфекционных заболеваний.

Письмо министру здравоохранения Свердловской области о ситуации с лечением ТБ у пациентов с ВИЧ. Ответ Минздрава Свердловской области на данное письмо
Май 16th, 2010

Исх. №  15/01-08 от 21.04.2010 Министру здравоохранения Свердловской области Белявскому А.Р. от Президента Фонда содействия защите здоровья и социальной справедливости им. Андрея Рылькова Саранг А. В. Уважаемый Аркадий Романович, Фонд содействия защите здоровья и социальной справедливости имени Андрея Рылькова обеспокоен ситуацией в Свердловской области, возникшей в системе оказания помощи ВИЧ-положительным людям с туберкулезом. В то […]

Ситуация в ПТД №5 Екатеринбурга привлекает все больше внимания
Апрель 9th, 2013

05.04.2013 в Екатеринбурге прошёл круглый стол, организованый по инициативе трёх общественных организаций: СОБОО «Шанс плюс», РОФ «Новая жизнь» и СООО «Активное участие». Круглый стол был посвящен вопросам обеспечения качественного лечения ко-инфекции туберкулеза и ВИЧ у наркозависимых людей в Екатеринбурге и в частности – ситуации, сложившейся в городском противотуберкулезном диспансере по адресу ул. Камская 37.







Материалы изданы и (или) распространены некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента.