Фонд содействия защите здоровья
и социальной справедливости
имени Андрея Рылькова
English

Чтобы умереть от СПИДа, надо в него не верить

big6560«СПИД — это мошенничество века, такой болезни не существует и никогда не существовало, все так называемые “умершие от СПИДа” умерли от туберкулёза, гепатита либо другой подобной болезни, а СПИД — простая афера, развод на деньги», — такие комментарии оставили читатели «Вслух.ру», ознакомившись с социологическими данными Тюменского областного центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями. Мнение наших читателей практически совпало с данными соцопроса: граждане не хотят знать о проблеме ВИЧ.
Обсудить эту тему мы решили с Натальей Устюжаниной — она пять лет употребляла героин. Но сумела освободиться от этой зависимости. Потом выяснилось, что у нее ВИЧ. С этим статусом она живет 11 лет. Сегодня Наталья Владиславовна — председатель правления Тюменской региональной антинаркотической общественной организации «Поколение», на счету которой 10 лет работы по реабилитации наркозависимых, председатель координационного совета по Уральскому федеральному округу во Всероссийском объединении «Люди, живущие с ВИЧ». В тюменском СПИД-центре работает с ВИЧ-инфицированными.

— Наталья, не дремучесть ли это: столько лет прошло с начала распространения ВИЧ в нашей стране, столько людей пострадало и страдает от этого неизлечимого на сегодняшний день заболевания, а в обществе немало людей уверены, что ВИЧ и СПИДа — нет?

— Меня не удивляют такие рассуждения: сейчас в нашем обществе идет волна СПИД-диссидентства. Эти идеи распространяет ученый-патологоанатом из Иркутска Владимир Агеев, он выступает на телевидении и в прессе, в том числе в Интернете. Но, я считаю, это популизм и даже — зарабатывание денег. Потому что если хорошо прошерстить Интернет, можно найти информацию, в которой этот же врач предлагает вылечить от ВИЧ за определенную сумму.
Конечно, ВИЧ — это неприятное заболевание с социальной точки зрения. Особенно тяжело было смириться с этой болезнью раньше, когда не было никакой терапии, когда врачи ставили диагноз и просто выносили приговор: вам осталось жить пять или десять лет. И никакой информации. Кроме того, ВИЧ-инфицированные понимали, что в обществе они будут изгоями, дискриминация у нас развита. И вообще людям проще верить в то, что ВИЧ или СПИД — это мистика. Легче переложить ответственность за свое здоровье на какого-то неведомого врага. Мне в свое время попадалась толстая книжка, в которой говорилось, что СПИД — это вообще что-то из космоса.

Но такое отторжение встречается и по сей день. Я, как работник центра СПИД, много разговариваю с ВИЧ-инфицированными, которые отрицают ВИЧ. Недавний пример: муж заразил жену, и тут же в свое оправдание говорит: «Не переживай, ВИЧ-инфекции нет!» И дает все ссылки по СПИД-диссидентству. А она ждет ребенка и отказывается от профилактики вертикального пути передачи. Я ей объясняю: хорошо, если повезет и ребенок родится здоровым. А если нет? Это значит, что к пяти годам малыша ждет летальный исход.
В вопросах ВИЧ и СПИДа я больше практик, чем теоретик. С медицинской точки зрения вряд ли вам докажу, что СПИД — это не миф. Но я вижу наглядно — люди умирают от туберкулеза и цирроза печени, но они были бы живы, будь их иммунная система в порядке. Мы очень часто сталкиваемся и боремся с религиозными реабилитационными центрами, которые тоже говорят, что СПИДа нет, а если заразился ВИЧ, нужно молиться. Но в той же Библии написано, что под лежачий камень вода не течет, что вера без действия мертва. ВИЧ-инфицированные, которые в свое время не верили в СПИД, стали умирать. А смерть от СПИДа, поверьте, — это очень страшное зрелище. И находясь при смерти, многие говорили нам: «Ребята, пожалуйста, мы вас просим: спасите остальных, мы были дураками». Я видела, как гниют пальцы у людей, элементарная рана не заживает… Я была во многих городах: и с лекциями, и с автопробегом, у меня на руках умирали от СПИДа — люди либо отказывались от терапии, либо слишком поздно начинали принимать таблетки, но они им уже не помогали.
Вот ваши читатели пишут, что ВИЧ — это зарабатывание денег. Да, фармкомпании получают прибыль. Но они также зарабатывают и на арбидоле, вакцинах от гриппа и т. д. Но ВИЧ-инфицированные получают эти лекарства бесплатно. Бесплатно они проходят и диагностику. Я два года назад объезжала Украину, Молдову, Беларусь — в какой-то из этих стран, не помню точно, нужно заплатить даже за то, чтобы узнать свой статус. В России это можно сделать бесплатно и анонимно. Более того, сейчас закупаются лекарства для лечения оппортунических (сопутствующих ВИЧ) заболеваний, витамины, мази — все для пациентов.
И вообще, чтобы сегодня умереть от СПИДа, надо постараться, приложить максимум усилий: не верить в то, что СПИД есть, и ничего не делать.

— Вы говорили, что ВИЧ-инфицированные боятся дискриминации, для Тюмени это актуально?

— Да, она у нас достаточно развита. Например, в стоматологических клиниках. Есть положение о том, что ВИЧ-инфицированный не обязан говорить стоматологу о своем заболевании, и врачи обязаны рассматривать каждого пациента как потенциально опасного. Но мы в разговоре со своими пациентами высказываем пожелания о том, чтобы они все-таки предупреждали врачей о своем статусе. И что? Медики шарахаются от них и не оказывают медицинскую помощь: «Нет, мы ВИЧ-положительных не лечим!» То же самое у гинекологов: либо отказывают в медуслуге, либо обслуживают с ярким выражением дискриминации. До сих пор проскакивает, что ВИЧ-инфицированным рожать не надо. Отказывают врачи скорой помощи, были ситуации, когда ВИЧ-инфицированного не увозили в больницу: «А ему все равно умирать!» Бывает, больницы не берут таких пациентов. Но, думаю, что о многих случаях мы просто не знаем, потому что не все в курсе, что наша организация защищает интересы ВИЧ-инфицированных. А готовых бороться за свои права — единицы. Проще отвернуться и уйти.

— Выходит, отказывают в помощи и услугах, в основном, медицинские организации?

— Да.

— Вам не кажется странным: с одной стороны, общество страдает СПИД-диссидентством, с другой — боится ВИЧ-инфицированных людей? Если СПИДа нет, чего бояться? Может, гражданам все-таки не хватает информации?

— Да, нет в этом логики. Вы знаете, раньше я считала, что в России действительно не хватает информации по вопросам ВИЧ и СПИД, что это недостаток профилактической работы. Теперь я больше склоняюсь к другому мнению: люди не хотят слушать и слышать, они считают себя исключительными. Мы проводим очень много акций, и когда я подхожу к людям и предлагаю ознакомиться с информацией, от меня отмахиваются: «Вы что! Меня это никогда не коснется! Как вы вообще посмели ко мне подойти!». Мы с главным врачом СПИД-центра Александром Попковым каждый раз ломаем головы, каким способом еще донести информацию до граждан. Всероссийская организация «Люди, живущие со СПИД» согласилась на предложение Первого канала принять участие в программе «Давай поженимся» только лишь для того, чтобы лишний раз напомнить о важности проблемы, напомнить правила профилактики и т. п.

— Наталья, а вы заразились ВИЧ через наркотики?

— Да. Когда отказалась от наркотиков, решила обследоваться. Я понимала, что бесследно наркомания не проходит, но на ВИЧ не рассчитывала. Сначала у меня обнаружили гепатит, положили в инфекционную больницу, там взяли анализ на ВИЧ. Когда я выписалась, пришла повестка явиться в СПИД-центр. Здесь взяли повторный анализ, и диагноз подтвердился. Это было 11 лет назад, конечно, я тогда про ВИЧ ничего не знала. Мне сказали о моем диагнозе вот в этом кабинете, где мы теперь с вами сидим. Я ничего не поняла, доктор что-то пыталась объяснить, но я запомнила одно: мне осталось жить 10 лет. Было очень тяжело, я не сразу справилась. Снова вернулась к употреблению наркотиков, пыталась потерять свою жизнь. В начале все пережила благодаря близким, благодаря мужу, спасибо ему, что не отвернулся от меня. К сожалению, мы часто сталкиваемся с ситуацией, когда родители отгораживаются от своих детей: выдают им отдельную кружку и ложку, уходят мужья и жены. Мне повезло, что в моей семье есть медики.

Это был долгий путь, внутренняя борьба и примирение. К тому же тогда не было никаких групп взаимопомощи, форумов и сайтов. Даже в среде наркозависимых не принято было говорить о своем диагнозе, смотрели косо. Это я сейчас так открыто выступаю.

— У вас есть дети?

— Да, в 2005 году родила ребенка. Я принимала профилактические препараты, поэтому, слава богу, ребенок родился здоровым.

— Как сейчас вы себя чувствуете?

— Через год после родов я вдруг почувствовала себя плохо, хотя не было никаких внешних проявлений ВИЧа: хронический упадок сил, мне не хотелось идти на работу, было тяжело вставать по утрам. А потом у меня начался опоясывающий герпес: сначала появилось пятнышко, чесалось, потом оно резко стало увеличиваться. Я пришла к врачам СПИД-центра, сдала кровь на иммунный статус и выяснилось, что мне пора принимать терапию. Тогда не было информации о том, что это такое. А если читать аннотации к таблеткам — это такие простыни, после прочтения которых кажется, ну все, пора на кладбище. Я позвонила родственнице-медику и она сказала: надо принимать. Я последовала ее совету: и через некоторое время почувствовала себя намного лучше. И поняла, что терапия — это не пустые разговоры. Теперь я принимаю лекарства каждый день, вот уже пять лет. Понимаю, что это до конца жизни. Но мне проще жить настоящим, здесь и сейчас.

vsluh.ru через poz.ru




Category Categories: Личные свидетельства, Новости | Tag Tags: , , | Comments

Правила общения на сайте

  • Евгений

    Очень хорошая статья , у меня также был один знакомый который только в последние полгода жизни понял что он болен и начал принимать лекарства к сожалению это его не спасло , люди теория СПИД дисседенства вот самая настоящая выдумка , ВИЧ и СПИД существует и если вовремя начать лечение то можно очень долго жить )))


Пожертвовать на деятельность Фонда:

офертой
Сумма (руб.):
Ф.И.О.:
E-mail:
Тип платежа:
Назначение:
Правила, которыми руководствуется ФАР при обработке персональных данных («Политика конфиденциальности»).



Аня Саранг о проекте «Наркофобия»
Октябрь 12th, 2011

Видео со старта «Наркофобии» — Аня Саранг, руководитель Фонда им. Андрея Рылькова, рассказывает о российской политике по отношению к наркотикам, о демонизации наркопотребителей, о нагнетании ненависти к людям, страдающим наркозависимостью, об их беззащитности перед законом, о незаконности уголовных дел, построенных на провокациях, о лёгкости использования подобных провокаций против любого гражданина, о нескольких ярких случаях применения таких провокаций против общественных активистов — о всём том, почему мы вообще собрались делать проект «Наркофобия».

Подпиши петицию против закона об НКО
Июль 11th, 2012

Заявление о недопустимости сокращения в России гуманитарной, благотворительной, правозащитной и иной социально ориентированной деятельности некоммерческих организаций и признании большинства ее участников выполняющими «функции иностранного агента». Мы, российские граждане и представители российских некоммерческих неправительственных организаций, выражаем недоумение и протест против принятия законопроекта N 102766-6 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части регулирования деятельности НКО, выполняющих функции иностранного агента».

Украина: ужесточение антинаркотического законодательства
Ноябрь 12th, 2010

29 октября 2010 г. в Украине вступила в силу новая редакция «Таблиц размеров наркотических средств», на основании которой следствием и судом квалифицируется незаконное хранение наркотиков (административное правонарушение или уголовное преступление).







Материалы изданы и (или) распространены некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента.