Фонд содействия защите здоровья
и социальной справедливости
имени Андрея Рылькова
English

«Денег у девочек не было. И девочек пустили…»: Что и как российские полицейские вымогают у наркопотребителей

Текст: Степан Нилов для десятого выпуска газеты «Шляпа и Баян», выпускаемой Фондом им. Андрея Рылькова

Далеко не секрет, что в России каждый третий заключенный сидит за преступления, связанные с наркотиками — тюрьмы стабильно пополняются по статье 228. Полиция напирает — в Москве то и дело объявляются спецоперации вроде «Мака» и «Анаконды», в рамках которых сотрудники правоохранительных органов могут прийти в клуб, с криком «ну что, наркоманы» поставить всех посетителей к стенке, на всякий случай изъять кассу и даже пару раз приложить посетителя дискотеки об пол — именно после такого рейда в конце августа был вынужден закрыться клуб «Рабица». Уже в сентябре инспектор ППС при досмотре подкинул наркотики посетительнице только открывшегося парка «Зарядье» в центре столицы, отвел ее в автобус и начал вымогать деньги. В тот раз все закончилось хорошо — девушку отпустили, а полицейского через несколько недель задержали. В любом случае не стоит забывать, что если дело доходит до суда, то в России вас обвинят с вероятностью 99,64% — такова статистика, предоставленная Верховным судом в этом году (за последние годы этот процент только увеличивался).

В начале ноября прошлого года Фонд им. Андрея Рылькова опубликовал исследование, поднявшее табуированную тему на более серьезный уровень — теперь гуманность наркополитики в России обсуждается не только на кухнях и в СМИ, но и в академических публикациях. Конкретно публикация была посвящена размерам и обстоятельствам откупа от полиции в связи с делами о наркотиках. Исследование провели Аня Саранг (Фонд им. Андрея Рылькова, включен в реестр иностранных агентов Минюста РФ), Алексей Кнорре (Институт проблем правоприменения) и Максим Литаврин (“Открытая Россия”) в сентябре-октябре 2017 года. Авторы попытались определить среднюю сумму и диапазон взяток, выявить факторы, влияющие на их размер, а заодно узнать, как в таких ситуациях себя ведут полицейские и наркопотребители.

Исследование показало, что средний размер взятки — 30 тысяч рублей, но эта сумма варьировалась от нуля рублей до нескольких миллионов. Оказалось, что конкретных тарифов откупа нет, а размер взятки может зависит от нескольких факторов:

Вид вещества. Дешевле всего откупиться с марихуаной или гашишем (средняя сумма — 21000 рублей), дороже всего – с героином (средняя сумма — 150000).

Вес вещества. Тут все несколько сложнее: в некоторых описанных случаях оказывалось, что для вымогательства взятки даже не обязательно, чтобы у жертвы были при себе наркотики: «Подобные ситуации иногда достигают степени абсурда. Так, один респондент был остановлен рано утром на машине, веществ у него с собой не было и он был не под воздействием, но в заграничном паспорте стояла шенгенская виза и штамп аэропорта  Амстердама. Этого  оказалось  достаточно,  чтобы  требовать  у  него  откуп. “Рассказали, что повезут на освидетельствование, которое покажет наличие каннабиноидов, поставят на учет в наркодиспансер и сообщат на работу в банк. Отдали  300 тысяч”».

К тому же полицейские часто грозились досыпать до нужного веса — виной этому постановление пленума Верховного суда о практике учета массы наркотиков. «Как это работает: если у человека изъяли пять граммов разведенного героина, где чистого вещества, скажем, 500 или 400 миллиграммов, то массой будут проходить все равно эти самые пять граммов. То есть если у двух разных людей изъяли пять граммов героина, но у одного было пять граммов чистого героина, а у другого сильно разведенная доза, то судить их все равно будут одинаково — в обоих случаях это крупный размер, который предполагает от трех до десяти лет лишения свободы», — объяснял в интервью интернет-изданию The Village социолог Алексей Кнорре, соавтор исследования. Эту теорию подтверждает один из рассказов, приведенных в тексте: «Ситуация произошла с другом. Надели наручники, посадили в бобик. Упоротый старший мент со зрачками по пять рублей сообщил, что вес маленький, но “это ничего, ща я тебе своего досыплю, ох***ного”».

В отдельных случаях наркотики подбрасывали: «Моего друга приняли прямо в такси, он ехал после вечеринки домой, уснул на заднем. Проснулся от того, что по его карманам шарит мент. Нашли 3 грамма мета, тут же без разговоров отвезли в участок, оформили и спустя четыре месяца осудили на три года условно. Мет подкинули, конечно, но зачем им сдался парень, с которого  явно  нечего  поиметь  ‐  неясно,  может,  план  выполняли».

Город. Самые большие взятки с потребителей требовали в Москве и Санкт-Петербурге. Участники опроса выделили усиленные патрули в отдельных участках города: «Возле “Артплея” менты совершенно охуевшие обычно, с операцией “Мак” поехали совсем. Несколько знакомых живет в соседнем доме от Артплея, каждые выходные на подходе домой их останавливают, заставляют вытрясать сумки, телефоны разбирать, сигареты доставать из пачки и всё такое. Скоро в “Атриум” за сигами ночью не  выйдешь просто так (Москва)».

Иерархия полицейских. «ДПСники начинают заводить одну и ту же шарманку: останавливают, просят документы, спрашивают ничего ли я не курил и не употреблял запрещенного и предлагают пройти освидетельствование. Любые протесты по поводу того, что всем подряд пройти его предлагать нельзя, только усугубляют ситуацию и увеличивают конечный ценник. Дальше два пути: отказаться и получить автоматом лишение [прав] и штраф или съездить и рискнуть. Если найдут —  те же 30 тысяч штрафа и лишение прав. Ну а дальше идет процесс торговли, во время которого ты жалуешься на маленькую зарпалату, кредит, показываешь выписки смсок от зарплатной карты и всячески пытаешься сбить цену. Сотрудники демонстративно ломаются, говорят фразы «да что мне твои копейки», «нет, за такую сумму не получится». Самая малая сумма платежа в такой  ситуации  у  меня  была  20к  рублей.  Самая  крупная  30к.  (Москва)», — рассказывает один из респондентов.

Стадия дела. Откупиться на месте гораздо дешевле, чем в случае возбуждения дела — судьям респонденты заносили где-то 3-5 миллионов. «100к ППСникам, если дошло бы до следака то от 300 до 500 [тыс. руб.] , судьи от 1000 [тыс.  руб.]», — рассказывает участник опроса из Мурманска. В тексте также рассказывается про москвича, в отношении которого была проведена «контрольная закупка». У него изъяли 1,5 грамма амфетамина и 25 марок ЛСД, после чего возбудили дело по 228.4. Он рассказал о том, что ему  пришлось  заплатить  «3 ляма судье, 300 [тысяч] следаку».

Предполагаемая платежеспособность жертвы. Полицейские «на глаз» оценивали машину, одежду и выписки с банковских счетов потребителей. «Обычно смотрят на платежеспособность, мне было сказано что если бы я был на более  дорогой  машине,  то  ценник  в  разы  выше», — рассказывает респондент из Москвы. «Специально пасли знакомого, узнавали кем работают родители (чтобы знать сколько  бабок  запрашивать)», — делится другой. «[Полицейские] сами определяют [платежеспособность], после проверок выписок по онлайн банкам и наличию налички на руках. Можно с полки отдать – 250 [тысяч рублей],  можно  за  3  –  50  [тысяч  рублей]», — объяснял еще один участник опроса.

Иногда ситуация неожиданно менялась. Респондент, которого задержали возле московского клуба с половиной таблетки МДМа, рассказывает: «Посадили в бобик и сказали: «платишь нам 100 тысяч и мы тебя отпускаем». Я ответил, что есть только 500 рублей. Ну они посовещались  какое‐то  время  и  ответили,  мол  “давай  500  и  проваливай”».

В отдельных случаях полицейские не гнушались вымогать не только деньги — и насильно принуждали жертв к сексу. «Девочек часто пускают менты между собой. Послал знакомых за весом, надо было и им, и мне. Опыта особо не было подъема, взяли менты, в лесу. Далее классика — деньги, не деньги. Ну, денег у девочек не было. И девочек пустили… Попался кореш на закладке. Менты часов пять катали по лесам, деньги трясли. И слово за слово рассказывали про то же самое на потоке. Я думаю, этого очень много», — делится один из участников опроса. «Что касается сексуального насилия, которое упоминается в исследовании, там было два случая. Один в Екатеринбурге… В другом городе была почти такая же ситуация. И респонденты говорят, что такое часто бывает», — подтверждает в комментарии The Village соавтор исследования Аня Саранг.

Основной вывод исследования: взятки — это закрепившаяся практика, а «контекст карательной и неэффективной российской наркополитики является благодатной почвой для процветания коррупции на всех уровнях правоохранительной системы».

В сложившейся системе любой человек, не вовлеченный в сбыт крупных партий наркотиков, может стать легкой добычей для вымогательств и насилия со стороны полицейских. И некоторых это вполне устраивает, что может объяснить если не Стокгольмский синдром, то банальное ощущение безысходности: «В стране с такой политикой, законодательством и полицией бороться с подобной коррупцией опасно, потому что часто именно она позволяет людям выживать», — рассказывает одна из жертв вымогательств со стороны людей в погонах.




Category Categories: Наркополитика - Россия, Новости | Tag Tags: , , , , | Comments

Правила общения на сайте


Пожертвовать на деятельность Фонда:

офертой
Сумма (руб.):
Ф.И.О.:
E-mail:
Тип платежа:
Назначение:
Правила, которыми руководствуется ФАР при обработке персональных данных («Политика конфиденциальности»).



01.02.2011 Новая газета. С высоты Уганды
Февраль 3rd, 2011

Как противостоят глобальной угрозе здоровью человечества — вирусу иммунодефицита человека (ВИЧ) — в Африке и в России

Из узбекской тюрьмы выпустили психолога, осужденного за борьбу со СПИДом
Сентябрь 2nd, 2011

В Узбекистане освобожден психолог, руководитель неправительственной организации «Изис» Максим Попов, осужденный за издание брошюры о профилактике ВИЧ/СПИДа.

«Денег у девочек не было. И девочек пустили…»: Что и как российские полицейские вымогают у наркопотребителей
Май 30th, 2018

Средний размер взятки — 30 тысяч рублей, но эта сумма может варьироваться от нуля рублей до нескольких миллионов. Конкретных тарифов откупа нет, а размер взятки может зависит от нескольких факторов







Материалы изданы и (или) распространены некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента.