Фонд содействия защите здоровья
и социальной справедливости
имени Андрея Рылькова
English

К событиям в Вильнюсе вокруг кризиса в ЕССВ: размышление о легитимности и легальности

Текст: Андрей Славуцкий

В начале этого лета мне посчастливилось принять участие в обучающем курсе по «Бюджетной Адвокации в Программах по снижению вреда». Со-организаторами курсов были ребята из организации «Евразийская сеть снижения вреда» (ЕССВ), штаб-квартира которой находится в Вильнюсе. Курсы проходили в Одессе и, несмотря на это скорее приятно-отвлекающее обстоятельство, я смог оценить уровень профессионализма и, вообще, размах и качество работы организации в регионе Восточной Европы и Центральной Азии (ВЕЦА).

Каково же было моё, сначала, изумление, сменившееся раздражением, а потом и грустью, когда на днях я узнал о кризисной ситуации в ЕССВ, способной не просто парализовать деятельность динамичной и креативной команды, но и просто развалить её!

Суть того, что я понял о кризисной ситуации сводится к следующему. Организация ЕССВ была зарегистрирована под законодательством Литовской Республики в 2001 году (далее из пресс-релиза организации) “как публичная организация двумя учредителями, … которые в соответствии с законодательством становились ее собственниками. Данная форма регистрации, без структуры членства, была выбрана как самая гибкая и на тот момент возможная согласно литовскому законодательству.” С 2015 года идёт судебная тяжба о продаже одним из собственников своей «доли» в организации и вот сейчас случилось то, что с большой вероятностью должно было случиться – место собственника занимает бизнес-ориентированный человек, Исполнительного Директора волевым решением увольняют и на её место назначают другого, по совпадению, родственника одного из учредителей.

На видео нам показывают, как происходит смена руководства организации по типу рейдерского захвата с полицией, фиксацией на местах, как безрезультатно новый Директор пытается утвердиться в новой роли.

Вначале поражает, и это видно на видео, до какой степени две стороны антагонистичны. И это понятно, я могу себе представить, познакомившись со многими ребятами из этой организации,  — после той самоотдачи, горения на работе, бесконечных споров в поисках наиболее эффективных путей спасения людей, часто от верной смерти, после признания полезности коллективных усилий организации во многих странах региона и ощущения принадлежности к чему-то важному, чувства коллективной собственности и твоего личного вклада в общее дело, после всего, что было пережито вместе, вдруг увидеть полицейских в офисе твоей организации и двух незнакомых людей, которые говорят: «Я ваш новый собственник! А я ваш новый директор, всё будет хорошо!»…

Потом, вдруг, начинаешь понимать, что договориться у них вряд ли получится, а если получится, то, скорее всего, это будет уже другая организация, даже если название останется прежним. И, вероятно, причина заключается в том, что встретились два разных менталитета, оперирующие разными понятиями. В то время, как организация уже давно работает по ассоциативной модели и в этом её сила и успешность, такое ощущение, что учредители, или собственники, воспринимают эту же организацию, как свою «частную собственность» (и без намёка на юмор, как это, могу только догадываться, и воспринималось «среди друзей» на момент её создания). Надо понимать в сложившейся ситуации, что это две непересекающиеся модели функционирования организационных структур.

То есть надо признать, что частные организации могут быть не менее (а может быть даже более) эффективны в достижении каких-то своих целей. Однако, организаций, у которых «голова» функционирует категориями частных предпринимательских интересов, в то время, как «тело» продолжает с прежним энтузиазмом исполнять танцевальные па на ассоциативном поле не существует (организации по типу «Билл и Мелинда Гейтс» и «Сороса» мы выводим за скобки). Или же вся организация должна перейти в сферу, и выстроена по структуре, частно-предпринимательской инициативы с соответствующими последствиями (потеря легитимности, как независимого НПО, потеря доверия бОльшей части бенефициаров и партнёров, и, соответственно, потеря привычных разборчивых доноров). Или же вся организация переходит на полную организационно-ассоциативную структуру соответствующую своей Социальной Миссии и, соответственно, перерегистрируется, то есть не теряя легитимности по новому легализируется. Похоже, третьего не дано в этой ситуации.

Вопрос легальности в применении к таким организациям, как ЕССВ второстепенный. Самый главный вопрос это вопрос легитимности.

Ниже я попытаюсь это доказать, но для начала необходимо определиться с понятиями.

«Легитимность (от лат. legitimus — согласный с законами, законный, правомерный) — согласие народа с властью, когда он добровольно признаёт за ней право принимать обязательные решения.

Легитимность власти означает, что её поддерживает большинство, что законы исполняются основной частью общества. Легитимность не следует смешивать с также существующим в политологии понятием легальность власти. Легальность власти — юридическое её обоснование, её законность, соответствие существующим в государстве правовым нормам. Легитимность, в отличие от легальности, не является юридическим фактом, но — социально-психологическим явлением. Любая власть, издающая законы, даже непопулярные, но обеспечивающая их выполнение, — легальна. В то же время она может быть нелегитимна, не признаваться народом…»

Позволив длинную цитату, я снял с себя необходимость пересказывать формулировки своими словами и, надеюсь, подвёл линию, с которой все согласятся.

Теперь, чтобы продвинуться дальше, нам необходимо поставить ещё одну «реперную точку», а именно: НПО очень разнообразны и отнюдь не все одинаково достойны уважения. Однако, мы будем аргументировать с точки зрения безоговорочного рассмотрения НПО (в данном случае ЕССВ) как «совесть общества» (думаю, на меньшее они не согласятся, и это достойно похвалы) и, соответственно, необходимости их подотчётности, также как и правительств и гос. структур, к которым они апеллируют и/или критикуют, что является неотъемлемой частью их эффективной деятельности.

Итак, интересно и, что важно, конструктивно рассмотреть то, что происходит в Вильнюсе в организации «Евразийская сеть снижения вреда» (ЕССВ) с позиции именно легитимности, так как легальность в применении к авангардным течениям, к прорывным направлениям в развитии общества (а к таким можно с уверенностью отнести деятельность ЕССВ), всегда будет запаздывать.

Там, где легитимность и легальность власти «аукаются» между собой и «прислушиваются» друг к другу, там, где зазор между, например, инновацией или новой практикой (ЗТ, например) и её легальным внедрением Уже, там создаются идеальные условия для конструктивных перемен и добиваются отменных результатов. Это, как игроки в футболе, не только хорошо владеющие дриблингом, но также и отменной распасовкой, забивают больше голов и чаще добиваются победы.

В функционировании гражданского общества, особенно в секторе деятельности зарекомендовавших себя не-правительственных организаций (НПО), легитимность играет, очевидно, основополагающую первенствующую роль, над которой надстроена легальность.

В больших Международных организациях (таких,, например, как «Врачи без границ», или Médecins Sans Frontières, MSF) к вопросу легитимности относятся архи-щепетильно. Не зря такими организациями выбрана ассоциативная модель функционирования, где каждый член ассоциации имеет право голоса, а моментом «катарсиса» является ежегодная Генеральная Ассамблея (ГА), на которой все равны и где Руководство отчитывается перед рядовыми членами, где происходят выборы (тайным голосованием) членов Административного Совета (АС). АС, в свою очередь, выбирает Президента (в некоторых секциях Президент избирается Генеральной Ассамблеей напрямую) и утверждает Генерального и всех других Директоров.

Исполнительная ветвь ежемесячно отчитывается перед Ассоциацией и заручается поддержкой в выборе стратегических направлений своей деятельности. Административный Совет бдит, чтобы деятельность организации осуществлялась в рамках её Социальной Миссии, зафиксированной в Хартии (это как Конституция в Государстве), с которой согласны ВСЕ члены Ассоциации. Все – потому, что если кто-то не согласен, тот не придёт или не останется в Ассоциации.

Легитимность организации придаётся в первую очередь тем, что конкретно она, организация, делает работая на благо самых отверженных, самых забытых и «неинтересных» для многих государств людей. Работая самоотверженно, часто на грани, а то и за гранью легальности, помогая этим людям и гуманизируя саму помощь этим людям, такие НПО, тем самым, раздвигают рамки того, что «принято», раздвигают рамки легальности… Ещё недавно обмен шприцов, заместительная терапия были не легальны, но под давлением адвокации, в первую очередь, со стороны НПО, основанной на (обще)признанной практике и доказательной медицине, такие программы распространяются в регионе и легализуются даже в тюрьмах.

НПО, способные вести программы (a особенно программы по снижению вреда) на грани, а часто и за гранью легальности, добивающиеся результатов, меняющие законодательства стран и целых регионов и, тем самым расширяющие рамки легальности, то есть расширяющие доступ уязвимых групп населения к качественной [в том числе медицинской]  помощи, — такие НПО должны обладать «железобетонной» легитимностью!

У всех членов таких НПО, работающих «на грани фола», добровольно принимающих на себя определённые риски, должна быть уверенность в абсолютной легитимности того, что они делают, уверенность в том, что руководство их, по-простому, «не бросит» и не подставит в трудные моменты (привод в полицию, мафиозные разборки и т.д.) Для этого само руководство должно функционировать понятно, прозрачно, согласно своду внутренних законов (Хартия), с которыми все члены организации согласны. Будь оно (руководство) 7 (семь) раз легально, но если не обладает легитимностью внутри такой организации, то члены этой организации не будут брать на себя лишний раз дополнительные риски, то есть перестанут предпринимать те усилия, которые, в конечном счёте, делают организацию уникальной, соответствующей на себя возложенной задаче быть «совестью общества».

Другая сторона, которая в принципе делает организацию уровня «совесть общества», это подотчётность перед, в первую очередь, бенефициарами, своими сотрудниками, партнёрами, донорами и обществом в целом. Здесь подразумевается не только бухгалтерская прозрачность, речь идёт о независимости организации в принятии стратегических решений, постоянном «самотестировании» на соответствие избранной Социальной Миссии, отказе от влияния определённых правительственных и корпоративных доноров («Big Pharma», например). У собственников организации могут возникнуть слишком большие соблазны, настолько большие, что подотчётность перед рядовыми членами / сотрудниками организации может уйти на второй план («потом разберёмся»).

И, наконец, последнее, что хотелось бы отметить в этом размышлении это несовершенство законодательства Литовской Республики. «Мудрое государство» понимает, что такие НПО как ЕССВ работают на общественное благо (public good), закрывая лакуны в доступе уязвимых групп населения к качественной помощи, тех людей, которых государство не может (надеясь, что пока, временно) по причине инертности законотворчества обеспечить жизненно-необходимыми услугами. Однако, «мудрое государство» старается создать все условия для беспроблемного функционирования таких зарекомендовавших себя организаций (освобождение от налогов, упрощённая процедура регистрации сотрудников-иностранцев и т.д.) и, самое главное, признаёт ассоциативную культуру таких организаций, предоставляя легальную возможность их регистрации в их первоначальной интенции, без тех кульбитов, заложником которых сегодня стала ЕССВ.

Заканчиваю на положительной ноте: идеи независимой гуманитарной помощи в странах ВЕЦА с большим трудом пробивают дорогу, однако, необходимо рассматривать кризис в ЕССВ, как «болезнь роста», воспользоваться сложившейся ситуацией для продвижения ассоциативной культуры гражданского общества: тщательно документировать происходящее, подключать журналистов, выходить на СМИ, разъяснять, свидетельствовать, и ни в коем случае не идти на компромисс, если организация хочет оставаться на уровне «совести общества».




Category Categories: Новости | Tag Tags: , , | Comments


Пожертвовать на деятельность Фонда:

Сумма (руб.):
Ф.И.О.:
E-mail:
Тип платежа:
Назначение:


Наркозависимых хотят взять под ведомственный контроль
Июль 14th, 2014

Глава ФСКН предложил создать федеральное агентство по реабилитации наркозависимых

Беседы «Духовные основы милосердия» для выздоравливающих от химической зависимости и их родственников
Январь 16th, 2012

С 6 февраля по благословению епископа Смоленского и Вяземского Пантелеимона в Марфо-Мариинской обители милосердия начинаются беседы «Духовные основы милосердия» для выздоравливающих от химической зависимости и их родственников. Беседы будет проводить иерей Андрей Кожевников, клирик храма Сошествия Святого Духа на Лазаревском кладбище. Принять участие в беседах могут все желающие, кому интересно узнать больше о христианских основах […]

Регистратор требует плату от владельца сайта, блокированного за критику наркополитики Минздрава
Июль 7th, 2012

Сегодня компания по регистрации доменов предупредила сотрудника Фонда Андрея Рылькова, что если оплата не будет произведена, то делегирование домена автоматически будет приостановлено и впоследствии удалено. Любопытный факт — в настоящее время в суде идет рассмотрение иска Фонда к Управлению Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков по Москве именно за блокирование сайта.







Материалы изданы и (или) распространены некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента.